пятница, 22 сентября 2017 г.

Расскажу историю моей семьи...

Единственная фотография тех лет
О том, хороша или плоха эпоха, надо судить по тому, как в ней живется человеку, считал писатель Б. Пастернак. Октябрьская революция перевернула судьбы многих людей. И речь идет далеко не только о судьбах людей власть предержащих, а и жизни рядовых жителей страны, её тружеников.
Расскажу историю своей семьи. Жили мои прадеды в деревне Романцево, были трудолюбивы и детей воспитывали в строгости и уважении к старшим, приучая с детства помогать взрослым в любом деле. Семья была большая: девять детей и любящие родители. Хозяйства были у прадеда и старших сыновей Николая, Сергея, Алексея, Павла крепкие: дома-пятистенки, водогрейки, конюшни, гумно с ригой, сараи и житницы. Держали скот: лошадей, коров, овец. Обрабатывали землю, арендуя частично её у соседей и нанимая в летний период работников. Занимался Федор Михайлович торговлей мясом. Скупал его в окрестных деревнях и продавал населению. Своё дело передал и сыновьям. В селе Кесьма они имели свое торговое место около церкви.
Все село до 1928 года, как явствует из дел по лишению избирательных прав, находилось под влиянием Кузиных. Революцию 1917 года они не приняли. Во время заготовок хлеба они оказывали сопротивление. Высказывались  против  советской власти. Все были лишены избирательных прав вместе с членами семей, а имущество было передано в колхоз. 
Старшая и младшая дочери Кузиных носили одинаковое имя – Александра (так вышло по святцам). Разница в возрасте у них составляла 26 лет. К тому страшному для них времени репрессий Александра старшая была давно замужем за торговцем мясом из Сукова Николаем Павловичем Иовлевым и имела 8 детей. Приговор: «Раскулачивание»,- страшным мечом навис над семьей.  Их с детьми выгнали из родного дома в том, что только было на них надето и отправили в Казахстан. На всю жизнь запомнила старшая дочь Зоя, как впопыхах отец обул на ноги разные валенки (стояла холодная зима), но поменять их ему не дали. 
Страх заставлял переживших это молчать долгие годы о том, что с ними произошло, поэтому узнавать историю семьи приходится практически только по архивным материалам и отрывкам отдельных реплик, случайно брошенных мамой или её сестрами.
Моя бабушка была Александрой младшей. Она родилась в 1901 году. И хотя образования не получила, но была интересной собеседницей, много знала и умела. Поэтому, когда начались репрессии, грозившие лишениями семье, и Александру срочно выдали замуж, она говорила: «Да за Ваньку Конина я ни за что не вышла бы. С ним и поговорить-то не о чем». Или то, что со свадьбой поторопились, или по какой другой причине, но когда стала оформляться бабушка на пенсию (она, практически, нигде не работала, воспитывая пятерых детей), оказалось, что её брак с дедушкой не зарегистрирован. И пришлось им снова почувствовать себя в роли жениха и невесты.
А дружную семью Кузиных разбросала судьба по всей стране: в Весьегонске остались Зоя Иовлева и наша бабушка. Братья Алексей, Павел, Николай и сестра Евдокия устроились в Петербурге. Их дети летом были частыми гостями нашей гостеприимной бабушки.

Как уже говорила ранее, семья старшей Александры оказалась в Казахстане. Она вместе с мужем и дочерью Валентиной была реабилитирована в январе-декабре 2006 года. 

среда, 20 сентября 2017 г.

Послание из прошлого

Любая фотография мелькнувшая в интернете, любое упоминание о деревне Иваново и все, что связано с этим местом, вызывает во мне ностальгию. Это, наверное,  и есть понятие «загадочная русская душа». Вот еще одна ниточка из моего прошлого
Ничто не исчезает бесследно, пока кто-то помнит, кто-то собирает свидетельства о прошедшем. Более сорока лет я разыскивала человека, с которым свела меня судьба в юности. Это известный художник из Санкт – Петербурга  Ярослав Яковлевич Лаврентьев, оформлявший Ивановский Дом культуры, библиотеку и площадь памяти рядом с ДК. Совсем недавно, совершенно случайно нашла в интернете материал и фотографии об этом замечательном художнике в  «Спасо-Парголовском Листке», 2017, № 13.   
И потекли мои воспоминания…
Деревня Иваново, 70 – е годы. В центре деревни, рядом с моим домом, находился сад, в котором росли корявые от возраста яблони, заросшие высокой травой, стоял совсем развалившийся дом, похожий на сарай. Место для деревенских детей самое подходящее для игры в прятки, что мы и делали. Лазали по деревьям.Играя, можно было и яблок поесть, тогда и кислые, казались очень вкусными. Недолго продолжались наши школьные игры. Стали вдруг вырубаться деревья, расчищаться большая площадка для строительства огромного для деревни здания.
Как оказалось, планировалось открыть в нем сельский дом культуры и библиотеку. Вскоре на месте наших игр лежали огромные ряды белых кирпичей, песок, рылись глубокие траншеи. Строили здание студенты и местные рабочие. Была группа студентов из Венгрии, почему они к нам приехали, остается для меня загадкой до сих пор. Звучала непонятная речь, они казались людьми с чужой планеты. Уезжая, один из студентов подарил на память мне большой пластмассовый корабль, на который я ходила смотреть в магазин. Видимо, пожалел деревенскую девочку. Этот подарок не понравился матери, корабль занимал очень много места в доме, мать его переставляла с места на место, и,  наконец, он навсегда «уплыл» на чердак.
 Когда на фундаменте стали вставать стены, вечерами мы опять облюбовали это место для игр, бегая по кирпичной кладке, как по лабиринту, играли в «догонялки». Но здание становилось все выше, вскоре появилась крыша, и если мы подходили, оно казалось огромным. Мы подолгу стояли, запрокинув голову.
 Дом культуры был построен, тогда и приехал в деревню из Санкт – Петербурга для оформления фасада и внутренних отделок Ярослав Яковлевич Лаврентьев. Это был высокий человек, которому было чуть за тридцать лет. Для комнаты боевой Славы он писал с натуры заслуженных и почетных жителей колхоза «Вперед к коммунизму». Эти портреты до сих пор висят на стене, они написаны в светлых, радостных тонах. Фронтовик Михаил Коновалов, улыбающийся Валентин Шитиков, красавица Мария Кириллова… Я с детства любила рисовать, поэтому фраза «приехал художник» сразу меня заинтересовала, и я, собрав свои рисунки в папку, пошла сама к нему. Так и началась наша дружба…


Всю жизнь я хранила самые светлые воспоминания об этом человеке и, наконец, разыскав сведения о нем по Интернету, знаю, что он жив, здоров. Так надеюсь на встречу.

Раскулачивание середняков в Весьегонском районе (примеры)

«Мой прадед Иван Пашников проживал всю жизнь в деревне Мартыново. Хозяйство имел по тому времени огромное и крепкое, 12 лошадей, 8 коров, овцы и земли целые поля. Дружил он крепко с Иришкиным из Весьегонска, и когда тот уезжал из Весьегонска, подарил самую выносливую лошадь, которая и везла основателя винзавода по устюженскому тракту. Дед с двумя сыновьями сам справлялся, работал день и ночь. Посевная проходила в короткие сроки, Иван за день трех лошадей «загонял». Спал прямо под кустом, на траве, а утром старший сын приводил новую лошадь. Дома, их три было, рубил тоже сам. Над ним посмеивались и кулаком звали за глаза. Все в одну ночь изменилось, когда прозвучало слово:«Раскулачить». Только и успел прадед быка заколоть, засолить, да в в огороде в землю закопать, не помирать ведь с голода всем, зима близко. Два дома в один день разобрали, раскатали по бревнышку, они так и остались гнить… А коров и лошадей угнали по дороге в сторону Устюжны.... Зерно все отобрали, по своим домам разнесли». (записано со слов А. В. Пашникова)
Удалось целому поколению Пашниковых выстоять и сохранить уважение к труду. В Весьегонске, районе и во многих городах десятки домов, крепко сколоченных стоят и радуют своих хозяев. А заложил любовь к труду своим детям и внукам простой человек – Иван Пашников.
 « В деревне Пленишник в центре деревни еще сохранился огромный дом – пятистенок, который принадлежал когда – то моему деду – Артемию Шведову. Семья была большая и он с сыновьями сам из леса таскал на веревке стволы деревьев, чтобы построить дом. Никто не помогал, все до последнего гвоздя вбито своими руками. Деда раскулачили, переселив с семьей в небольшой дом, а в новом доме сделали конюшню для лошадей. По той улице дед Артемий никогда больше не ходил…» (записано со слов матери – Е. А. Лапушкиной)

четверг, 7 сентября 2017 г.

А.В. Уханов: «Истоки моего рода»

В родных местах ромашкой пахнет ветер...
И до травинки вся земля своя!!!
В родных местах и солнце ярче светит...
И серебристей голос у ручья!!!
Пусть мне твердят, что есть края иные,
Что в мире есть иная красота...
А я люблю свои места... родные...
Свои родные... милые места!!!
В родных местах - у неба цвет синее,
В родных местах - просторнее луга...
Стволы берёз - прямее и стройнее...
И разноцветней радуги дуга ...
М. Пляцковский
Лето - не только зелень, солнце, тепло, но и время встреч. В наш маленький городок приезжают те, кто родился и вырос на нашей земле или у кого весьегонские корни. И многие из них обязательно приходят в библиотеку пообщаться, поделится информацией и подарить книги, брошюры. Таких встреч в это лето было немало. Вот, например, одна из них состоялась в августе. Нас впервые посетил Андрей Валерьянович Уханов.
А.В. Уханов и Г.Н. Савельева. 
В ходе нашей беседы выяснилось, что его бабушка и дедушка родом из наших мест, и он часто в детстве и юности приезжал в д. Григорково Весьегонского района. Андрей Валерьянович очень интересный человек и собеседник. Немного о нем.
Андрей Валерьянович Уханов -  доктор геолого-минералогических наук, ведущий научный сотрудник лаборатории геохимии углерода. 
 Родился в 1932 г. в г. Ленинграде в семье научных работников.
В 1955 г. окончил кафедру петрографии Ленинградского государственного университета по специальности «геохимия и поиски полезных ископаемых». 
В 1956-1961 гг. работал геологом, начальником отряда Института Геологии Арктики, принимал участие в открытии новых алмазоносных районов в Якутии. 
 В 1961-1964 гг. в очной аспирантуре на кафедре геохимии МГУ изучал геохимические особенности кимберлитовых пород. 
 В 1966-1971 гг. в качестве старшего инженера, ответственного исполнителя темы работал по выявлению геохимических признаков хромитового оруденения на примере Урала, Восточной Сибири, Чукотки. 
С 1971 г. работал в ГЕОХИ после перевода из ВИМСа, где был ответственным исполнителем хромитовой группы. 
В 1975 г. защитил диссертацию на соискание ученой степени кандидата геолого-минералогических наук. Являлся руководителем группы в лаборатории геохимии щелочных пород, вел исследования по проблемам генезиса хромитовых руд и геохимии кимберлитов. В 1992 г. А.В. Уханов защитил диссертацию на соискание ученой степени доктора геолого-минералогических наук на тему "Кимберлитовый магматизм и литосферная мантия кратонов". В 2003-2007 гг. А.В. Уханов, работал в лаборатории геохимии углерода в ГЕОХИ, где распространил свои исследования на алмазы. При непосредственном участии и под руководством А.В. Уханова было выполнено большое число определений изотопного состава углерода алмазов (около 900 кристаллов) по 22 объектам Якутской алмазоносной провинции. 
А.В. Уханов является известным специалистом в области петрологии и геохимии ультраосновных горных пород, внесшим заметный вклад в изучение кимберлитов 
А.В. Уханов - автор более 120 печатных работ, в том числе двух монографий (1988 и 1991).
Соколовы К.С. и А.В. с детьми, 1910 

В процессе беседы с Андреем Валерьяновичем мы узнали о его дедушке Соколове Кирилле Сергеевиче (1865 - 23.09.1940), уроженце деревни Григорково Весьегонского уезда, Герое труда (1921/22) и бабушке Соколовой Анне Васильевне (1872 - 4.11.1960), уроженке деревни Суково Весьегонского уезда, их детях и внуках. 
К сожалению, мы были ограничены во времени (Андрей Валерьянович торопился) и не смогли узнать подробности, но наш гость пообещал выслать воспоминания о своих предках. И он сдержал свое слово – вчера мы получили от него посылку, в которой было 2 книги:
сборник «Бабушка, Grand-mère, Grandmother...: воспоминания внуков и внучек о бабушках, знаменитых и не очень, с винтажными фотографиями XIX-XX веков» (М., 2008). Героини книги – бабушки. Судьба каждой из них неповторима, а истории любви достойны пера романиста. Наряду со свидетельствами мемуаристов XIX века в книге представлены воспоминания наших современников. Его составителем является Елена Лаврентьева, а одним из авторов – А.В. Уханов. 
В рассказе «Крепка твоя вера, Анна!» он рассказывает о дедушке и бабушке, их жизни в Санкт-Петербурге и в д. Григорково, о своих поездках в Весьегонский район, упоминаются многие события, происходившие в разные годы на территории Весьегонского района, в частности, около Иван-Погоста (совр. – д. Иваново) и о многом другом.
Сборник Уханов А.В. «Десять геолирических рассказов взамен мемуаров» (СПб, 2010). Лирический герой Андрей Аверьянович Уколов, по словам автора, «набрал из моей речки жизни цветных, окатанных камешков и тем самым избавил меня от обязанности написать воспоминания для своих внуков». 
Эти книги заслуживают должного внимания и ждут своих читателей в Весьегонской центральной библиотеке! А если у кого-то нет возможности посетить нас, Вы можете прочитать воспоминания Андрея Валерьяновича в сети Интернет:
https://biography.wikireading.ru/121199
 //www.litmir.me/br/?b=198133&p=52


Галина Савельева

пятница, 25 августа 2017 г.

"Весь" на экскурсии

Практически все люди любят путешествовать. Не составляют исключение  и краеведы. 23 августа группа краеведческого клуба «Весь» в составе 15 человек совершила очередную экскурсию по району. 
На этот раз мы посетили музей в деревне Пронино и два села Чернецкое и Кесьму. Наши впечатления о поездке самые светлые! Какие люди живут и работаю там! Творческие натуры, энтузиасты своего дела, эрудированные, увлеченные историей своей малой родины. Предлагаем вам краткое описание нашего маршрута. 
Деревня Пронино. 
Наш автобус остановился около социокультурного центра, который объединяет под своей крышей библиотеку, дом культуры, Пронинское сельское поселение, магазин, медпункт. Такое тесное соседство, наверное, очень удобно не только тем, кто там работает, но и жителям: есть возможность посетить все и сразу. В этом здании совсем недавно находилась Пронинская школа, закрывшаяся из-за нерентабельности.
Приветливо встретила нас на крыльце здания хозяйка библиотеки О. М. Новоженина (в образе матушки Ивана) и проводила нас в помещение, где располагается музей. Там на печи нас поджидал Иван (Ирина Виноградова, сотрудник ДК), и мы очутились в сказке. Нас окружали предметы старинного быта, ведущие знакомили с ними в процессе рассказа и предложенных игр (историю созданию и работы музея мы уже знали – познакомились на 4-х краеведческих чтениях). И мы, взрослые люди, с удовольствием становились участниками интерактивной программы: отвечали на вопросы Ивана и его матушки, искали коромысла, кочерги и другие предметы среди представленных в музее экспонатов, доставали из печи с помощью ухватов, сковородников и лопаты чугунки, играли на деревянных ложках, «работали» кузнецами и даже примеряли модные (по тем временам) ботиночки. Играли в народные игры и забавы!
 А в заключение познакомились со всеми стендами и уголками музея, рассказывающими о земляках-участниках войны и труда, истории микрорайона и Пронинской школы и т.д. Оказалось, что не все собранные экспонаты выставлены на всеобщее обозрение – в заветном сундуке пока еще ждут своего часа новые, а поиск и сбор продолжается. Огромное спасибо всем, кто приложил свои силы и старания по сбору и хранению экспонатов и активно участвует в работе музея!
А потом была экскурсия по зданию. Мы посетили библиотеку, дом культуры (гримерку и костюмерную, мастерскую), заглянули в помещение, где располагается Пронинское сельское поселение и даже познакомились с ассортиментом товаров местного магазина. Пообщались с приветливой главой поселения – Маргаритой Николаевной Воронцовой.
Первый этап нашей экскурсии завершен – Ольга Михайловна вышла провожать своих гостей до автобуса и «передала» нас следующему экскурсоводу – Валентине Николаевне Губаревой.
Чернецкое.
Кто лучше всего знает историю своего любимого села? Конечно же, тот человек, который здесь родился и вырос. Валентина Николаевна, уроженка Чернецкого, после долгого отсутствия возвратилась на родину и с огромным энтузиазмом занялась не только изучением истории микрорайона, но и увековечением памяти погибших в годы Великой Отечественной войны земляков. Собрав большой материал, она со своими помощниками открыла памятные доски в центре села. Сейчас Валентина Николаевна по крупицам собирает материал, рассказывающий об истории этого древнего торгового села, о его жителях, когда-то работавших здесь предприятиях.
 Свой рассказ она начала еще на подъезде к Чернецкому – мы остановились на мосту через р.Кесьма, где Валентина Николаевна поведала нам об устройстве местной электростанции, о расположении села, работе радиоузла и многом другом.
Чернецкое – одно из древнейших сел Весьегонского района, первое упоминание о нем относится к 1430-м годам. Долгое время принадлежало Симонову монастырю, потом управлялось коллегией экономии, министерством государственных имуществ. Здесь проходили ярмарки. В селе были построены деревянная церковь Николая Чудотворца и кирпичная Успенская церковь, существовало два кладбища, было открыто земское училище, после октябрьской революции преобразованное в школу. В советское время были построены и работали маслозавод и льнозавод. Мы посетили бывший центр села, осмотрели окрестности, услышали историю близлежащих зданий. Узнали о пожаре 1938 года, от которого пострадал центр Чернецкого и о многом-многом другом.
 Почтили память погибших односельчан Валентины Николаевны у мемориальных досок. Как жаль, что от такого большого села осталось так мало жилых домов и жителей! И как проникновенно и с какой болью звучало в заключении сочиненное В. Н. Губаревой стихотворение о своем любимом, но умирающем селе.
Кесьма.
И конечным пунктом нашего маршрута стало село Кесьма. Здесь экскурсоводом была библиотекарь Кесемской сельской библиотеки Елена Ивановна Селифонова. Она одна из самых активных краеведов нашего клуба. Ею собран огромный материал по истории микрорайона, в котором она проживает. Вот уже на протяжении многих лет все свое свободное от работы время Елена Ивановна уделяет изучению истории Кесьмы и ее окрестностей, не ограничиваясь книжно-журнальным материалом, много работает с архивными документами и ресурсами Интернета. В результате – прекрасные исследовательские работы по самым разным темам: история села, больницы, земства, Овинищенского района, священнослужителей, жителей и т.д. Кесьма не только одно из старинных торговых сел района, но и бывший центр Овинищенского района. Здесь же располагалась и дворянская усадьба Батюшковых, сюда приезжали писатели, литераторы и многие известные люди, поэтому его история богатейшая. Обо всем сразу не расскажешь.
Наше путешествие по Кесьме прошло по двум трактам. Началось с Бежецкого. Справа при въезде в село (со стороны Весьегонска), располагается очень красивое старинное здание из красного кирпича – бывшая больница, теперь дом-интернат для престарелых. Елена Ивановна рассказала об истории создания больницы, развития земской медицины, кесемских врачах и их помощниках. На территории интерната (больницы) поставлен мемориальный камень судовому врачу крейсера «Варяг», работавшему здесь, лечившему жителей и спасавшему жизни кесемчан.
Далее мы отправились на Старо-Устюженский тракт. От него еще остались небольшая часть каменки, а по сторонам - несколько сохранившихся старинных построек. Мы шли по этим старинным булыжникам и слушали, как Елена Ивановна рассказывает нам об истории домов, их хозяев, цитирует строки из рассказа приезжавшего сюда А.И. Куприна о кесемском ямщике. Постояли около церкви Рождества Христова. С ней рядом располагалось кладбище, где были захоронены самые известные люди села, бывшее здание Овинищенского военкомата.
И, конечно же, мы не могли не посетить то место, где располагается парк - бывшая усадьба Батюшковых. Полюбовались огромным барским прудом, сохранившейся частью парка, повспоминали места расположения барских построек. Посетили святой источник и набрали воды.
 А потом отправились в Кесемскую библиотеку, хранительницу памяти и местной истории. Именно здесь сосредоточен весь накопившийся за эти годы краеведческий материал: книги, журналы, газеты, исследовательские работы, уникальные фотографии. В библиотеке оформлены интереснейшие стенды, выставки.
 В заключение, за чашкой чая был подведен итог поездки, которой все присутствовавшие дали высокую оценку, выразили слова благодарности  экскурсоводам, пожелав им неиссякаемой энергии, сил на этом поприще… В этой экскурсии принимал участие почетный председатель краеведческого клуба «Весь», историк-архивист, краевед Николай Степанович Зелов, который в завершение поездки сказал так: «Архивисты, библиотекари, краеведы - последние святые на Руси».
Фото Е. Сенькиной

суббота, 19 августа 2017 г.

Тропинками детства

Память стирается. Чем больше проходит времени, тем всё больше исчезает деталей, названий, имён и событий. Если б я умела рисовать, то зарисовала бы каждый уголок дорогого сердцу места. Но рисовать не умею.
Река. Речка Реня. С холодной, прозрачной водой и довольно быстрым течением. 
Село расположилось по левому берегу реки, бежит от неё в гору. И уже на горе расходится в разные стороны. 
Въезд в Любегощи начинался с моста через реку.
Сейчас от него остались только развалины.
Обманывает память или в самом деле этот мост строился в нашем детстве? Может просто меняли верхний настил? Точно помню, как переходили речку, а под ногами были только брёвна, через которые далеко внизу просвечивала вода. Было жутко. Только недавно мне перестало сниться, как я иду по этим бревнам, а внизу – бездна. 
Перед мостом в центре реки был ледорез. Почти до него доходил один из мостиков, которых было множество в деревне, и почти все они носили имена тех, кто их строил или, может быть, тех, напротив чьего дома они находились. 
Этот был без имени. Он располагался напротив старого здания пекарни. Об этом я в детстве не знала. Иначе обратила бы на него внимание. А так это был для меня просто старый сарай с заколоченными окнами. А ведь он до сих пор красив этот "сарай"!
Если дойти до самого конца мостика, где хозяйки полоскали белье, то можно было дотянуться и вступить на чёрные и скользкие бревна ледореза. Стоишь на нём, смотришь в воду, и голова идёт кругом от быстрого течения. А в воде плавают маленькие и большие рыбы: пескари, голавли… Змеями вьются водоросли. 
За мостом ещё один маленький мостик, на котором полоскали бельё. Царёв мостик. По фамилии Царёвых, которые жили возле реки, на первом этаже больничного дома.

Сюда мы ходили редко. 
Если пройти вниз по течению ещё несколько десятков метров, то тропинка приводила к нашему любимому Фомушкину мостику. В этом месте к реке спускались только огороды. В том числе и огород Фомушкиных. Мостик был сделан из широких досок. Внизу под водой ступенька, чтоб удобно было спускаться в воду. 
Сразу у мостика было глубоко, в детстве почти «по шейку».
Любимым местом на реке было это. Здесь купались, здесь загорали, играли, здесь переходили речку, чтобы попасть в лес, сокращая дорогу. Здесь катались на валенках (коньков ни у кого из нас не было) по льду зимой. Сюда съезжали на санках с крутой горы.
В этом месте одно время русло реки раздваивалось, оставляя в центре островок с мелким речным песком. Возле островка было глубоко - «крышка». 
Одно время здесь были лавы. Навес из брёвен и досок, временный хлипкий мостик. Тут он состоял из двух частей: длинной – в широком месте реки до островка и узкой, где лежала одна широкая доска. 
Здесь я однажды тонула. Кто-то из девчонок, зная мою боязнь переходить через реку по лавам, стал прыгать, раскачивая доску. Голова закружилась, и я полетела вниз. Помню, как шла ко дну с открытыми глазами. Нахлебавшись воды, я кое-как выбралась. Перепугались тогда все. Страшно было, что попадёт дома за мокрую одежду. Добежали до дома Тани Ганюшкиной и стали сушить мою одежду утюгом. Высушили кое-как, а вот новые босоножки, с разноцветными ремешками, которые я надела в тот день в первый раз, были испорчены. Это были самые красивые босоножки в моем детстве. И, пожалуй, единственная ВЕЩЬ, потери которой мне было так отчаянно жаль... Пока одежду сушили, времени прошло много. К тому же мой полёт видел рыбак, которого мы в кустах не заметили, и сдал меня маме. Дома меня ждал прут…
Здесь же, на Фомушкином мостике, ловили раков. На глубине под берегом те, кто умел нырять, залезали в норы руками. Мы же привязывали к длинной палке алюминиевую вилку и сверху, наклоняясь над водой, высматривали рака. Попасть и проколоть панцирь удавалось редко. Вилка гнулась и ломалась. 
В нескольких шагах вверх по течению, где было мелко, сачком ловили мелкую рыбу - сомов и лёжней (не знаю, как на самом деле они называются, но мы называли их так). Марлевые сачки использовали те, что покупали нам для ловли бабочек. Было тогда такое любимое занятие у ребятни. Когда сачок рвался к нему пришивали другую марлю и использовали для рыбалки. Ставишь сачок на землю, а сам, топая ногами, выгоняешь рыбу из тины.
Еще ниже по течению был Беляков мостик. Тут тоже иногда строили лавы. Здесь мы не купались – мелко. 
Возле этого мостика ловили на удочку пескарей. На рыбалку ходили с полулитровой или литроврй стеклянной банкой, к которой была приделана ручка из веревки. Удочку могла сделать любая девчонка. Длинная тонкая ивовая палка, на ней леска, поплавок, грузило, которое зажимали зубами, и крючок. 
Чтобы пройти дальше по реке, нужно было подняться в горку, здесь берег был в зарослях ольхи. Поднимешься на горку, и вдоль изгороди, отделяющей усадьбы, идешь по краю горы, а потом спускаешься вниз к Глинкам. Так и говорили: «Пойдем на Глинки». Здесь дно реки было скользким от глинистой почвы. Возле мостика можно было купаться «по шейку». 
Дальше вдоль берега по реке не ходили. Переходили речку по одним из лав и шли в лес. 
Шли по полю, которое редко бывало засеяно. Здесь пасли коров. Бабушка называла это место Красный сад и говорила, что когда-то здесь была битва. Мол, красный от крови...
Но кто ж вовремя слушает рассказы бабушек?..
За Красным садом начинался Первый бор. Лес между рекой и дорогой, образовывавший условно треугольник. Заблудиться тут было нельзя.
На остром углу этого треугольника, у дороги, находился Марфин омут.

Спуска к нему не было, во всяком случае с правого берега. На воду смотрели сверху с крутого обрыва. Здесь река делала поворот влево, а потом снова вправо.
Тут на краю поля был Чёрный омут.

Бабушка, возможно, боясь, что мы захотим здесь искупаться, рассказывала истории о том, что тут есть водовороты, которые утаскивают под воду. Я трусила, представляя себе, как водяной тянет меня за ногу, и ни разу там не искупалась.
А ведь кто-то когда-то дал названия этим омутам! Видимо какие-то истории были с этим связаны! Кто теперь вспомнит? Кто расскажет? Да и называют ли их сейчас так? Помнят ли?
Когда стали "постарше", лет десяти, стали ходить купаться вверх по реке. Туда, где теперь построен новый мост. Там была нырялка. Доска, вкопанная в край высокого берега, с которой смелые и умеющие плавать прыгали в воду.
Возле нырялки было небольшое поле, где рос турнепс. Брать его никто никогда не запрещал, и мы постоянно грызли эти вкусненные огромные белые клубни. Так и остался в памяти запах речной воды, травы и турнепса...
Вот сколько раз уже писали в блоге и о другой реке детства, и я о Рене, а захотелось вспомнить эти места и мостики. Оставить в памяти уходящие названия.
Пока не поросло быльём... Ведь не поросло?



среда, 9 августа 2017 г.

Тебеньки. Деревня детства моего

«Куда уходит детство? В какие города? И где найти нам средство, чтоб вновь попасть туда?» - поётся в песне.
Каждое лето мы с братом гостили у бабушки и дедушки (родителей папы) Ореховых Анны Васильевны и Ивана Васильевича в деревне Тебеньки, которая находится недалеко от Пронино (0,5 км.).
Именно туда и захотелось совершить свой краеведческий экотур "Тебеньки. Деревня детства моего", присоединяясь к библиотечным экотурам.
Мы побывали в гостях у семьи Раковых и Платоновых, вспомнили с ними как же раньше было там здорово. Сколько на лето приезжало внучат. 
         
Нам никогда не было скучно в деревне. Ведь там у нас были друзья, мы строили шалаши, играли в разные игры, ходили на рыбалку. Когда приходило время возвращаться в город, нам всегда было очень грустно расставаться и с бабушкой, и с дедушкой, и с друзьями, и с родной деревней.
Взаимоотношения были настолько доверительные, что двери домов никогда не запирались на замок, достаточно было просто палочки в дверной ручке, чтобы понять: хозяев нет дома. 
Чтобы кто-то из своих деревенских залез в чужой дом? Такого не было никогда! 

В памяти навсегда останется русская печка, в которой бабушка пекла пироги, делала запеканку, варила суп, кашу. Мы любили залезать наверх, представляли, что мы в шалаше, болтали, играли и ели какие-нибудь вкусняшки.
Свежий воздух, прохладная родниковая водица, в огороде ульи с пчелами, сад и солнышко дарит лучи радости и счастья.
Как ни грустно осознавать, но того далёкого времени, которое так сладко пахнет бабушкиными пирогами, свежескошенной травой, парным молоком, геранью и бегонией на окошке, уже не вернёшь. 
Именно детство – это та счастливая пора, когда паришь в облаках и любишь своей наивной детской любовью весь мир.
В детстве мы были весёлыми и беззаботными, нам казалось, что весь мир добрый, открытый, нет в нём ни злости, ни ненависти, ни войн, ни предательства. Пройдя по тропинкам детства, понимаешь, что раньше было всё по-другому – светлее, вкуснее, лучше.
Как жаль, но деревни умирают!!! 
У меня есть сведения, что на 1926 год в деревне насчитывалось 22 хозяйства по данным из «Подворного списка д. Тебеньки Чамеровской волости», а на 2002 год уже всего 10 хозяйств, в которых было прописано пять человек. На данный момент в родной для меня деревушке осталось 9 домов, но из них лишь два дачных и ни одного прописанного владельца. Какая разница в цифрах!!!
Еле живёт колхоз, запускаются поля и пашни, закрываются фермы, всё кругом зарастает молодыми деревцами и высокой густой травой. 
Тихо уходит в небытие та, дорогая сердцу кормилица деревня, как множество таких же в округе. А с ними уходит самое важное – любовь к земле, желание на ней работать. 
Нам остаётся верить, что жизнь и время всё расставят на свои места. Только вот какие усилия для этого потребуются, и какова будет их цена?
А ещё мое детство и юность проходили и в деревне Бронниково, которая находится на другом берегу реки Кесьма, но в эту деревню мы совершим поход немного позднее. Я об этом обязательно расскажу.
В детстве я ездила в деревню только летом. Но эти воспоминания остались на всю жизнь. Не важно жил ты там постоянно или нет, но если хоть одно лето провёл в деревне, то будешь помнить его всегда, как лучшее лето в своей жизни.....
Бабушки с дедушкой уже давно нет с нами, но я навсегда сохраню в сердце те яркие воспоминания, когда мы были вместе. 
Спасибо вам, родные, за наше детство!

Ольга Новоженина, 
библиотекарь Чернецкой сельской библиотеки


воскресенье, 6 августа 2017 г.

Любегощи. День села.

Фото из группы "Любегощи"
Село Любегощи – одно из древнейших поселений на территории Весьегонского края. Первое известное упоминание о нём относится к 1552 году.
Жители гордятся историей села, хранят традиции и беззаветно его любят. 
Оно навсегда остаётся в памяти всех, кто провёл здесь пусть даже небольшую часть своей жизни, заставляет возвращаться, становится мечтой и светлым воспоминанием. 
Я уехала оттуда (страшно подумать!) 35 лет назад, но эти места навсегда в моём сердце, и хотя бы раз в год я стараюсь туда приезжать. 
С 1992 года в первую субботу августа здесь традиционно отмечается праздник – День села.
5 августа 2017 года он состоялся в 25 раз!
И в первый раз за всё это время мне удалось на нём побывать. 
Солнце в этот день сменялось дождём, с горок бежали ручьи, в воздухе стоял запах свежести и полевых цветов. Пахло родиной и домом…
В сельский дом культуры, где и проходили праздничные мероприятия, я вошла перед самым началом торжества. Зал был полон. Много молодых и незнакомых лиц. Осмотревшись, я увидела лишь несколько человек из моего детства. 
В зале собрались местные жители, те, кто оказался в это время Любегощах во время летних каникул или отпуска, но были и такие, кто приехал специально на этот праздник.

Праздничная программа началась с концерта, который подготовила и провела кульотрганизатор, подружка детства, Ирина Белякова.
Зрители очень тепло встречали знакомых артистов, с удовольствием им подпевали.
В этот день радовали своими голосами Мария и Ксения Охичевы, Николай Шувалов, Татьяна Куликова, которые исполнили для односельчан всеми любимые песни. 
Аплодисментами встречали и провожали зрители танцоров Дашу Куликову, Настю Зорину, Дашу Пяткину, Елену Шувалову, Варю Малышеву.
Глядя на них, я вспоминала, как мы когда-то стремились выступать на концертах, как иногда, вымолив у клубных работников разрешение спеть одну песню со сцены, не желая уходить, пели песню за песней, раскачивались из стороны в сторону под хохот зала.
До слёз растрогал сильный и проникновенный голос Маши Охичевой, исполнившей песню «Кукушка» 
и песня «Помолимся за родителей» в исполнении Тани Куликовой.
Как и других зрителей развеселила миниатюра о лете-2017.
Глядя на выступление такого взрослого и седого дяденьки Коли Шувалова, 
я вспоминала его совсем маленьким мальчишкой. Как он пел частушки под балалайку, на которой играла Вероника Петровна. Многое забылось, а вот одна из тех Колиных частушек запомнилась. 
«Говорила бабка деду: 
«Ты купи мене «Победу»,
А не купишь мне «Победу» -
Я уйду к другому деду!» - голосил Коля. 
А нам «взрослым», наверное, десятилетним, было так забавно смотреть на эту поющую мелочь ростом с балалайку. 
В заключение концерта Паша Беляков и какой-то мальчик, возраста тогдашнего Коли Шувалова, провели праздничную лотерею. 
Зрители начали расходиться, и я успела пообщаться только с Лидией Павловной Малышевой. Когда закончила разговор, никого из знакомых уже не было рядом.
Мне нужно было уезжать, а впереди была ещё детская развлекательная анимационная программа и детская дискотека, соревнования по теннису для молодёжи и праздничная дискотека для всех.
Было немного странно, что на празднике не было никого из администрации сельского поселения. Но День села состоялся и без официальных речей.
Начинался дождь, и я поспешила уехать, пока дорога не стала непроезжей для неопытного водителя. 
Почти доехав до Никулинской повёртки, решила вернуться и пройтись по «первому бору». Потому что сейчас поспела земляника и, возможно, есть грибы. Потому что ни разу не была там за эти 35 лет. Потому что когда ещё соберусь?

Мокрая трава была высокой, дорожка, которая раньше выходила к дороге рядом с Марфиным омутом, совсем заросла, и мне пришлось пробираться через кусты и молодые сосенки. 

Марфин омут
А места остались прежними. 
Только трава стала выше, 
наверное, потому что меньше ходит народа, и совсем не пасутся коровы, как было раньше, да деревья состарились.  
Я собрала горсть земляники, которая, пахла детством, как и всё здесь.
 
Под грибным дождём прошла до Чёрного омута, полюбовалась водоворотами, которыми нас когда-то пугали бабушки, категорически запрещая здесь купаться. 
И почти счастливая поехала домой.
Но я вернусь...

Мокрый ветер бельё полощет.
Над проулками птичий грай.
Ах, Любегощи, Любегощи,
опрокинутый наземь Рай...